Бизнес-портал Кузбасса

Новости, обзоры, рынки, аналитика,
события, опросы и многое другое

об изданииархив номеров еженедельникарекламаподпискаобратная связьчитатели о насфотогалереяАвант-ПЕРСОНАДоброе дело

Новости компаний

[2 декабря] Самозанятые в Кузбассе – ниши и возможности развития собственного дела
[1 декабря] Где купить новогоднюю открытку по-кемеровски?
[30 ноября] Райффайзенбанк запустил карту с кэшбэком 1,5% для премиальных клиентов
[30 ноября] Стартовал прием заявок на Всероссийский конкурс журналистов «Экономическое возрождение России» по итогам 2021 года
[30 ноября] Завершился четвёртый сезон акселератора


 
 

Издательская группа «Авант»

Областной экономический еженедельник «Авант-ПАРТНЕР»
Деловой альманах «Авант-ПАРТНЕР Рейтинг»
Журнал «Авант-Style»


наш опрос

Сколько автомобилей в вашей семье?





результаты
архив голосований


Областной экономический еженедельник «Авант-ПАРТНЕР» № 2 от 09.02.2011

Революционеры от сюрреализма

Книга французского писателя, историка искусства и журналиста, Пьера Декса «Повседневная жизнь сюрреалистов. 1917 – 1932» вышла в московском издательстве «Молодая гвардия». В 1993 году этот труд был издан в Париже под укороченным названием: «Сюрреалисты. 1917 – 1932». Всё просто: молодогвардейцы подгоняли заглавие под свою популярную серию «Живая история: Повседневная жизнь человечества».
 
Автор родился в 1922 году, дружил с Пикассо, Элюаром и Тцарой, сотрудничал с Арагоном в течение четверти века, являясь главным редактором газеты «Летр Франсез», опубликовал книги о ряде французских художников. Конечно, встречался с многими  сюрреалистами, работал с их архивами, в этом плане интересно упоминание, что с неизвестными литературными богатствами теоретика и лидера группы парижских сюрреалистов Андре Бретона смог познакомиться только в 1967 году, когда тот уже ушёл в мир иной, с неопубликованными бумагами Арагона работал уже в 70-е годы.
Сюрреалисты (будущие) начали организовываться в группу ещё в годы Первой мировой войны, которая стоила Франции полутора миллионов в основном молодых жизней. Странно, если бы после такого кровавого испытания в демократической стране не заявило о себе новое поколение мыслителей, делателей, творцов, революционеров. Потому-то пассионарные интеллектуалы – герои книги Декса из бурлящей послевоенной французской столицы, магнитом притягивающей все бунтующие творческие силы, –  счастливо нашли друг друга в поисках индивидуальности, несхожести и экстравагантности.
Между прочим, русские парижане в эти годы также сильно влияли на общую интеллектуальную атмосферу: Бунин, Шаляпин, Коровин и многие из их сотоварищей активно творили, ещё больше было тех, кто оказался во Франции в результате революции и Гражданской войны в России в ранге просто беженцев.
После гигантских социальных разломов во Франции, как, впрочем, и в иных странах, рушились старые авторитеты и всяческие табу, отбрасывались любые запреты, выставлялась напоказ сексуальная раскрепощённость и распущенность (вообще-то, легкость парижских нравов всегда поражала).
Нашли друг друга несколько человек, среди которых Бретон, Арагон, Супо, открывших для себя смысл в лозунге поэта Рембо «Изменить жизнь»: ради этого они готовы ниспровергнуть все общественные правила.
Слово «сюрреализм» придумал Гийом Аполлинер весной 1917 года. Однако вплоть до августа 1924 года о сюрреализме не распространялись – шли поиски своего лица. Разочаровывать, оставлять читателей ненасытившимися, «стать для них дурной компанией, хулиганами, подозрительными типами, непонятными авантюристами», – вспоминал через десятилетия о своей творческой юности Арагон. Опять-таки эти молодые люди жаждали произвести переворот в языке и на письме, а как же без этого.
Я хорошо помню один из проектов «манифеста» группы кемеровских поэтов, канувшего во времени. Это были 70-е годы. В нём  прокламировались умеренно разрушительные и обновительные для языка цели, – молодые всегда бурлят и фонтанируют в поисках своего места в жизни, в потребности утвердиться как поколение, расчистить площадку для нового.
Как ни открещивались примкнувшие поначалу к движению Дада, чтобы позже шумно порвать с дадаизмом и утвердить сюрреализм, реальные герои книги Декса, за всем этим шумом и гамом скрывалось и маскировалось главное – «желание творчества и творчества востребованного». Ну в самом деле, когда крикливо заявляют в собственном журнале «Литература» о своём решении «прекратить печатать собственно литературу», а сосредоточиться на политике, сексуальности, жизни, сами же занимаются ничем иным как литературой, обновленной, непривычной, но литературой.
Писатель Баррес, над которым группа устроила самое настоящее судилище, сказал: «Отрицать всё в двадцать лет – признак плодовитости». Дело лишь в том, как совместить потребность творить с необходимостью зарабатывать на жизнь и бунтарством. И ещё: писатели и художники всегда пытаются приручить новую эпоху, по-разному, по-своему, но приручить творчески.
На первом этапе члены этой группы с подачи Андре Бретона становятся дадаистами – всеобщими разрушителями. Но долго такого отрицания всего и вся могут придерживаться недалекие люди, а наши герои не таковы. Школа дадаизма пролетает быстро, после чего заявляют о создании нового освобожденного искусства, которое воплотится в революции. При этом – язык без костей – болтают о том, что литература для них мерзость. Всё бы ничего, но некоторые откровения тогдашних восторженных «обновителей» для нас, сегодняшних граждан России, страны, прошедшей кровавую купель в XX веке, звучат мрачно и опасно: «Неплохо было бы восстановить для духа законы Террора», – мальцы, конечно, заигрывались.
Пересечения с авангардистами-живописцами избежать было невозможно, сюрреалисты от литературы его и не избежали. Да и жили они все рядом в одном времени. Самое удивительное, что сюрреализм в массовом сознании утвердился в основном в связи с поисками художников первой половины прошлого века.
Живописцы присутствуют в книге Пьера Декса, но задача у него несколько иная: рассказать как можно подробнее о группе Бретона, Арагона и прочих, а художники – это, пусть простят меня их поклонники, всего лишь фон для сюрреалистов-литераторов.
Революция сюрреалистов была обречена. Ну кто пойдет, кто поверит молодым буржуа, к тому же и снобам порядочным, которые оглашенно зовут через журнал «Сюрреалистическая революция» к революции, террору, причем, излагают призывы путано, неясно, мерцающе. В лучшем случае, люди покрутят пальцем у виска.
В «Сюрреалистах» Декса даются развернутые характеристики многих членов группы, подробно рассказывается о некоторых из  шокирующих публичных акциях, по которым они в основном и запомнились обывателям, тем более что тиражи их произведений начинались от 25 экземпляров и редко переваливали за тысячу. Приводятся и куски из их неизвестных у нас произведений, и выдержки из писем, как даются и несколько самоопределений сюрреализма – это всё можно легко прочесть в книге. Некоторые факты пряны и остры, к примеру, раскрытие психиатрических диагнозов сюрреалистов и их подруг. Помните знаменитую Гала, супругу Элюара и Дали, любовницу Макса Эрнста и ещё многих и многих, знаменитую русскую, Елену Дьяконову: маниакально-депрессивный психоз с шизофренией, но какой роскошный мифологический шлейф! 
Декс закончил своё исследование 1932 годом. Группа в Париже тогда распалась, хотя сюрреализм и не прекратился. Накануне Арагон и Садуль побывали в Харькове, где легли под «Литературный интернационал»: оказывается, была такая международная организация со штаб-квартирой в Москве и с тоталитарными замашками по управлению всемирным литпроцессом.  Гости из Парижа подписали бумаги, в которых открещивались от сюрреалистического прошлого. Это, как утверждает Декс, было уже влияние жены Арагона Эльзы Триоле, сестры знаменитой у нас Лили Брик. Здесь-то и просматривается чекистский след, на что опять-таки указывает автор «Повседневной жизни сюрреалистов».
А до того в 1930 году было потрясение от самоубийства Маяковского, с которым первые фигуры парижских сюрреалистов многократно встречались, и разные выводы с их стороны о причинах ухода из жизни великого поэта.
Была ещё и грязноватая публикация Ильи Эренбурга –  парижского «сидельца» и сочинителя позднейших (когда стало можно) нашумевших мемуаров, закрывшая дорогу сюрреалистам на Международный конгресс писателей в защиту культуры в Париже, и воспоследовавшая пощечина со стороны Бретона, случайно встретившего Эренбурга в кафе. Но это уже случилось в 1934 году.
…А сюрреализм остался в истории и в искусстве.
Валерий Плющев

Рубрики:

Деловые новости

[3 декабря] «СДС-Уголь»: «На «Листвяжной» 4 года и 5 месяцев не было никаких случаев, даже лёгких, 10 лет 9 месяцев – не было групповых»
[3 декабря] Профицит областного бюджета за 10 месяцев 2021 года составил 26 млрд рублей
[3 декабря] В ходе поисков на «Листвяжной» установлено местонахождение 13 погибших
[3 декабря] Запсиб завершил строительство полигона промотходов за 500 млн рублей
[3 декабря] Президент России поручил обеспечить безопасность шахтеров

Все новости


Рынки/отрасли

Поиск по сайту


 

 
© Бизнес-портал Кузбасса
Все права защищены
Идея проекта, информация об авторах
(384-2) 58-56-16
editor@avant-partner.ru
Разработка сайта ‛
Студия Михаила Христосенко